A+ A A-


Повышение ставок

Оцените материал
(6 голосов)

Новый геополитический ландшафт, сложившийся в регионе в связи с украинским кризисом, дает возможность официальному Минску осуществлять сложное внешнеполитическое маневрирование, которое несет в себе большие риски с совершенно непредсказуемыми последствиями. Судите сами.


По случаю 70-летия Победы Россия пригласила на парад 9 мая в Москву 68 руководителей государств и правительств. Понятное дело, среди них — и А. Лукашенко.

Во время недавнего визита в Беларусь министр иностранных дел Латвии Э. Ринкевичс отметил, что не исключена возможность приглашения на саммит программы ЕС «Восточное партнерство» в мае в Риге А. Лукашенко.

Сейчас Беларусь просит кредит одновременно у МВФ и Антикризисного фонда ЕврАзЭС. Чтобы получить так необходимые деньги, подготовлена одна программа реформ, которую белорусское правительство предлагает сразу этим двум фондам. Делегация Беларуси в Вашингтоне на днях провела переговоры с руководством МВФ и Всемирного банка.

В середине апреля Минск посетил вице-премьер РФ А. Дворкович. Можно предположить, что в ходе этого визита обсуждались условия пролонгации выплаты белорусских долгов и выделения нового кредита Антикризисного фонда ЕврАзЭС.

По привычной логике официальный Минск должен был бы демонстрировать благонравие обоим геополитическим центрам, делать какие-то пусть и символические жесты в ту и другую сторону. Но на самом деле А. Лукашенко делает нечто совершенно противоположное.

Президент Беларуси заявил, что не будет присутствовать на параде на Красной площади 9 мая, ибо ему в этот день надо принимать свой парад в Минске. И аргументировал это очень своеобразно: «В Беларуси по Конституции, кроме главнокомандующего, никто не может принимать парад».

На самом деле, конечно, в нашем Основном законе по этому поводу ничего не написано. Но здесь более важен сам факт, чем его обоснование. Нужно заметить, что А. Лукашенко так поступает не в первый раз. В 2005 году, когда мир праздновал 60-летие Победы, белорусский лидер побывал в Москве 8 мая, а в день основных торжеств в российской столице 9 мая вернулся в Минск.

Но нынешний исторический и международный контекст принципиально отличается от того, что был десять лет назад. Ныне Россия из-за конфликта с Украиной и Западом оказалась в международной изоляции. Из 68 приглашенных глав государств и правительств пока только 25 изъявили желание приехать в Москву. Лидеры стран ЕС почти полностью проигнорировали это приглашение, за что белорусские государственные СМИ уже успели заклеймить их позором. В такой ситуации участие в московских торжествах на День Победы — это не только дело принципа, но и демонстрация политической лояльности Кремлю. И на таком фоне решение А. Лукашенко приехать в Москву раньше, 7—8 мая, для участия в церемонии возложения венков к могиле Неизвестного солдата — это почти повторение демарша канцлера Германии А. Меркель, которая посетит российскую столицу 10 мая, демонстрируя таким образом свое недовольство политикой России.

Нечто похожее происходит и в отношениях Беларуси с ЕС. 16—17 апреля Минск посетил с официальным визитом еврокомиссар по вопросам расширения и политики добрососедства Евросоюза Йоханнес Хан. Последний раз еврокомиссар ЕС приезжал сюда в 2010 году. Вполне вероятно, что именно на запланированных переговорах с белорусским руководством должен был окончательно решиться вопрос о том, кто возглавит делегацию Беларуси в Риге. В эти же дни в Минске находились еще две европейские делегации. Это — директора министерств иностранных дел стран «Веймарского треугольника» (Германия, Польша, Франция) и руководители аналитических подразделений внешнеполитических ведомств стран Вышеградской четверки (Венгрия, Польша, Словакия, Чехия).

Перспективы поездки А. Лукашенко в Ригу на саммит «Восточного партнерства» связаны с освобождением политзаключенных. Вполне реально, что в той новой атмосфере, которая появилась в последнее время в отношениях между Беларусью и ЕС, от Минска требовалось даже не выпустить на волю всех политических узников, а всего лишь сделать некий демонстративный жест в этом направлении. Например, освободить 1-2 человек из тех 6 политзаключенных, которые сейчас за решеткой. И, возможно, этого было бы достаточно, чтобы президент Беларуси получил персональное приглашение в Ригу. Ведь новому руководству ЕС надо продемонстрировать некий положительный результат в реализации программы «Восточное партнерство», которая сейчас оказалась в явном кризисе. А ситуация складывается так, что именно на белорусском направлении наиболее заметен процесс размораживания отношений, который Брюссель может подать как успех. В Риге планируется парафировать соглашение об упрощении визового режима между Беларусью и ЕС.

И вот как раз накануне этих визитов белорусские власти совершают нечто совершенно противоположное тому, что, согласно нормальной логике, они должны были бы делать. Начался прессинг в отношении политзаключенных. Ю. Рубцова, который проходит наказание на «химии», поместили в изолятор, в отношении его возбуждено уголовное дело, его будут снова судить. А 13 апреля появилась информация, что главного белорусского политзаключенного Н. Статкевича, который отбывает наказание в Шкловской колонии, ждет новый суд, ему грозит возвращение в тюрьму. А. Прокопенко написал заявление о помиловании (выполнил условие, которое все время выдвигает А. Лукашенко), но не был амнистирован.

Все это сделано с каким-то вызовом, демонстрацией. Что означает этот ход в отношении политзаключенных? Тем самым А. Лукашенко фактически говорит: а я не хочу ехать в Ригу. На наш взгляд, просто Минск, почувствовав благоприятную внешнеполитическую конъюнктуру, проверяет ЕС «на вшивость» и повышает ставки в переговорах. Дескать, до какого предела вы готовы идти в стремлении к размораживанию отношений, чем жертвовать, на что можете закрыть глаза? То есть в белорусском руководстве уверены, что сейчас Брюссель больше заинтересован в улучшении отношений с Беларусью, чем официальный Минск. Поэтому можно покочевряжиться.

Обращает на себя внимание еще один момент. Прессинг в отношении политзаключенных происходит одновременно с началом серьезных переговоров Беларуси с МВФ о новом кредите. Хотя, на первый взгляд, эти две политические линии друг с другом не стыкуются. В совете директоров МВФ доминируют представители США и ЕС. А белорусские официальные лица (А. Лукашенко, бывшая глава Нацбанка Н. Ермакова) ранее не раз говорили, что западные политики увязывают вопрос о кредите с политическими проблемами, темой прав человека. Поэтому логично было бы ради получения денег от МВФ освободить политзаключенных, а не усиливать на них давление.

Но можно посмотреть на ситуацию и по-другому. Не исключено, что Минск предлагает Западу конкретную повестку дня для торга. Обмен политзаключенных на кредит. Наш товар — ваш купец. Рыночная конъюнктура этому способствует. Цены на нефть упали, а на политзаключенных — выросли. Каждый продает тот товар, который имеет.

Если посмотреть на ситуацию более широко, то Беларусь пытается подороже продать свое геополитическое положение в момент, когда на него повысился спрос, и задирает цену. Другое дело, что, возможно, белорусское руководство переоценило стоимость своего товара.


sn-plus.com

 

 

Апошнія навіны

Архіў навінаў

Рассылка

      

Design © WKN.BY | All rights reserved.